ЮрФак: изучение права онлайн

Развитие экологически безопасного туризма в Арктической зоне Российской Федерации

Авторы: Коростелев Е.М., Гаврилов Ю.Г.

Рациональное использование природных ресурсов – одна из главных задач современности. В случае если мы говорим о туристских ресурсах – их рациональное использование осуществляется в рамках экологического туризма.

Несмотря на широкое использование этого термина, за более чем тридцатилетнюю историю его существования так и нет ни его однозначной трактовки, ни общепринятой формулировки[1].

В то же время формулировка любого вида туризма важна, так как в конечном итоге именно она определяет специфику его организации и развития.

Одно из наиболее распространенных определений экотуризма дано Всемирным фондом дикой природы (WWF): "Экологический туризм – туризм, включающий путешествия в места с относительно нетронутой природой с целью получить представление о природных и культурно-этнографических особенностях данной местности, который при этом не нарушает целостность экосистем и создает такие экономические условия, при которых охрана природы и природных ресурсов становится выгодной для местного населения". Из этого определения видно, что экотуризм, с одной стороны, понятие довольно конкретное, с другой – может включать не только природные объекты, но и культурно-этнографические[2].

В нашей стране еще в 2009 г. председателем попечительского совета Русского географического общества В.В. Путиным на XIII съезде этой организации было озвучено, что "Россия с ее уникальным природным и этнокультурным многообразием обладает большими возможностями по развитию научного и экологического туризма". В дальнейшем им неоднократно проводились совещания и встречи с главой Министерства природных ресурсов Российской Федерации по развитию экологического туризма, однако, несмотря на это, в нормативных документах термин "экологический туризм" отсутствует.

Федеральный закон "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации" не предусматривает классификацию видов туризма по функциональной направленности[3]. А, к примеру, в Республике Беларусь в Законе "О туризме" в числе других видов прописан экотуризм, где дается его определение – "путешествия, совершаемые с целью экологического воспитания и образования туристов".

Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях" предусматривает развитие в пределах ООПТ регулируемого и познавательного туризма, термин "экологический туризм" не используется[4].

Концепция Федеральной целевой программы "Развитие внутреннего и въездного туризма в Российской Федерации" (2011 – 2018 гг.) предусматривала в числе прочих развитие экотуризма, хотя его определение, по существу, не давалось[5].

В 2015 г. ОАО "ВНИИС" при участии Департамента туризма и региональной политики Министерства культуры Российской Федерации разработан ГОСТ Р 56642 "Туристские услуги. Экологический туризм. Общие требования". В нем под экологическим туризмом понимается "деятельность по организации путешествий, включающая все формы природного туризма, при которых основной мотивацией туристов является наблюдение и приобщение к природе при стремлении к ее сохранению"[6].

Из краткого обзора документов видно, что окончательного определения термина "экологический туризм" пока нет, но важнейший аспект экотуризма – это регулирование его развития с целью минимизации антропогенного воздействия. Перечень возможных видов антропогенной нагрузки довольно широк: вытаптывание напочвенного покрова, деградация растительного покрова, уплотнение почвы, антропогенная денудация (осыпание склонов и др.), отпугивание животных, истощение рыбных угодий из-за любительского лова, загрязнение воздуха выхлопными газами, захламление территории туристским мусором и т.д.

Примечательно, что в Федеральном законе "Об охране окружающей среды" в ст. 27 предусмотрено, что нормативы допустимой антропогенной нагрузки на окружающую среду устанавливаются по каждому виду воздействия хозяйственной деятельности с учетом природных особенностей конкретных территорий, однако законодательно утвержденных правовых нормативных актов, которые лимитировали бы рекреационную нагрузку на туристские ресурсы, пока не существует[7].

Исключение составляет экосистема озера Байкал, для которого нормы антропогенной нагрузки (в том числе рекреационной) были утверждены в 2010 г.[8] Представляется очевидной необходимость разработки таких норм для всего ландшафтного многообразия России.

Определенный опыт в нашей стране имеется в разработке методов оценки рекреационных нагрузок, связанных с определением рекреационной емкости – т.е. предельного количества людей в единицу времени на единицу площади, в пределах которой возможно удовлетворение рекреационных потребностей, не приводящее к деградации экосистемы.

Разрабатывались эти подходы в 1970-х годах учеными Института географии АН СССР, МГУ и ряда других учреждений[9].

Фундаментальным понятием в этом подходе стала стадия рекреационной дегрессии – этап изменения биогеоценоза в результате воздействия рекреационной нагрузки.

В 1995 г. Всероссийским научно-исследовательским институтом лесного хозяйства, суммировавшим опыт оценки рекреационной емкости, был утвержден ОСТ 56-100-95 "Методы и единицы измерения рекреационных нагрузок на лесные природные комплексы"[10]. Данная методика обязательна к использованию при планировании рекреационной деятельности на землях лесного фонда. Несмотря на ее хорошую обоснованность, она разработана для лесных ландшафтов (по сути, учитывая лишь вытаптывание) и, например, для зоны тундры не может считаться репрезентативной.

Кроме того, рекреационная нагрузка связана не только с вытаптыванием. В случае передвижения туристов по экологической туристской тропе эта проблема практически нивелируется. Сооружение настила на всем протяжении туристского маршрута (при условии, что туристы не будут его покидать), ежедневный контроль за отсутствием мусора вдоль тропы сводят практически к нулю фактор численной нагрузки на ландшафт.

Кстати, в этой области есть аналогичная проблема – отсутствие процедуры проектирования и официального утверждения экологических туристских троп. А в Казахстане, например, существуют Правила создания экскурсионных троп и маршрутов для проведения регулируемого экологического туризма в государственных природных заповедниках на специально выделенных участках, не включающих особо ценные экологические системы и объекты, утвержденные Министерством сельского хозяйства Республики Казахстан в 2010 г.

Организаторами туризма метод оценки рекреационной емкости в настоящее время воспринимается критично, так как предельная норма количества туристов, полученная при оценке рекреационной емкости, может не совпадать с количеством туристов, необходимым для экономически целесообразной эксплуатации туристского маршрута. Кроме того, не всегда соблюдение рекреационной емкости гарантирует сохранность природы, ведь ее безопасность зависит и от оборудования маршрута, и от поведения туристов, и от ряда других факторов.

Также рекомендуется Вам:

В США и странах Западной Европы была разработана методика оценки пределов допустимых изменений – ПДИ (Limits of Acceptable Change – LAS)[11]. В этой методике акцент делается не на вычислении цифры количества туристов, которые могут посещать экосистему, а на планировании форм и видов рекреационной деятельности, выявлении спектра рекреационных возможностей, в соответствии с которыми разрабатываются цели и модели развития рекреации в пределах определенной территории.

При этом необходимым ведущим компонентом становится постоянный мониторинг эксплуатируемой экосистемы, в которой по происходящим изменениям ее компонентов делается вывод о необходимости внесения изменений в ее использование (изменение или закрытие маршрута, его дополнительное оборудование, введение новых правил посещения и т.д.). Фактически в этой методике отсутствует количественное нормирование.

Таким образом, при любом подходе – выявлении рекреационной емкости или оценке пределов допустимых изменений – необходимы: оценка спектра воздействий, определение компонентов ландшафта, на которые происходит воздействие, и определение индикаторов воздействия при их постоянном мониторинге.

Перспективным регионом, где туризм показывает количественный и качественный рост, является Арктика. Большинство арктических стран мира используют богатый рекреационный потенциал арктических регионов[12].

Согласно резолюции Арктической консультативной рабочей группы по сохранению арктической флоры и фауны (1997, 1998, 2001 гг.), ведущими факторами негативного воздействия туризма на окружающую среду в Арктике являются:

– влияние сжигаемого топлива транспортом и потенциальная опасность аварий;

– локальное превышение рекреационной емкости в местах туристских аттракций;

– фактор шумового беспокойства колоний птиц и животных вертолетным и водно-моторным транспортом;

– конфликты между туристами-охотниками и местным населением;

– загрязнение территорий мусором и отходами.

В соответствии со Стратегией развития Арктической зоны Российской Федерации до 2020 г. предусматривается: "…развитие арктического туризма и расширение экологически безопасных видов туристской деятельности в Арктике, нормативно-правового обеспечения в сфере туризма… содействие формированию региональных туристских кластеров…"[13].

Одним из таких туристских кластеров может стать остров Вайгач, где уже несколько лет идет работа по проектированию национального парка[14].

Остров Вайгач (по-ненецки "святая земля") площадью 338 тыс. га расположен в зоне арктических тундр, между материком и архипелагом Новая Земля, омывается Печорским (часто используемое наименование юго-восточной части Баренцева моря) и Карским морями.

Остров Вайгач располагает уникальным комплексом историко-культурного наследия ненецкого народа, который создает значительные предпосылки для развития на острове экологического туризма с этнической спецификой. Вплоть до середины XX века Вайгач оставался важнейшим центром, сакральным местом, которое ненцы до сих пор оберегают от массового несанкционированного посещения. Найденные на территории Вайгача стоянки каменного века, памятники древней доненецкой (Сихиртя) и ненецкой культур – святилища с деревянными и каменными идолами свидетельствуют о многовековой истории этого культа, не укладывающегося в традиционные для современного общества стереотипы.

На территории острова и в прилегающей акватории отмечено 15 видов морских и наземных млекопитающих, имеющих статус охраняемых. Остров Вайгач является естественным миграционным коридором для белых медведей, на север острова заходит дикий северный олень, включенный в Красную книгу Российской Федерации. На острове зафиксированы места обитания ластоногих, в том числе крупные лежбища атлантического моржа, популяция которого в Печорском море насчитывает до нескольких тысяч особей. Остров является одним из значимых мест массового гнездования водоплавающих птиц в Западной Арктике (гусей, белощекой казарки, малого лебедя и некоторых видов куликов). В акватории острова Вайгач, проливах Карские ворота и Югорский Шар нередко встречается ряд видов китообразных и ластоногих (гренландский кит, малый полосатик, белуха и др.).

Остров Вайгач богат на памятники эпохи раннего освоения Арктики, наиболее сохранившиеся из которых принадлежат поморской культуре. От советского периода на острове остались объекты времен ГУЛАГа и промышленного освоения свинцово-цинковых месторождений, а также национальный поселок Варнек – "столица" и единственное поселение Вайгача.

Незначительный поток туристов на Вайгач и прилегающие острова формируется сегодня за счет прибытия на вертолетах единичных групп для осмотра крупных природных объектов, таких как лежбища атлантического моржа, а также разовых наземных экспедиций с использованием легкой колесной техники, пеших и частично водных маршрутов летом и гусеничных вездеходов в зимний период. По неофициальным данным, число посетителей не превышает нескольких десятков человек в год.

Представляется возможным рост потока на порядок (с десятков до сотен туристов ежегодно). Одним из путей развития, не требующих значительных инфраструктурных вложений, может стать развитие круизного туризма. Использование небольших круизных судов вместимостью от 10 до 50 пассажиров может привлечь туристов, нацеленных на детальное изучение особенностей острова в течение коротких 3 – 7-дневных программ с высадками в наиболее аттрактивных и значимых местах. Туризм такого рода активно развивается в зарубежной Арктике: в северной Норвегии, Шпицбергене, Гренландии и приобретает относительно массовый характер. Подобная форма рекреационного освоения не должна создавать неудобства, а, наоборот, может способствовать ведению местным населением традиционного хозяйствования. Относительная массовость, подразумевающая определенный уровень организации туризма, должна привести к созданию правил посещения значимых объектов и оградить часть как культовых, так и природных объектов от нежелательного посещения.

Привлечение крупных круизных лайнеров вместимостью от 100 до 1 000 пассажиров может быть нацелено на залповые посещения поселка Варнек и историко-культурных объектов острова, которые возможно подготовить в относительно короткие сроки.

Опытным путем установлено, что на сегодняшний день наиболее эффективным способом нормирования рекреационных нагрузок в арктических территориях является зонирование (установление зон с различными свойствами, целевым назначением и режимом использования). Этот метод позволяет наиболее рационально использовать туристский потенциал при минимальном отрицательном воздействии на них.

Именно зонирование территории положено в основу методики составления "локальных планов управления", разработанной норвежской ассоциацией круизных туроператоров AECO и многократно апробированной на территориях архипелагов Шпицберген и Земля Франца-Иосифа (со схожими географическими условиями).

В рамках методики составления локальных планов управления в зависимости от уязвимости ландшафтов (присутствия объектов флоры и фауны) и расположения объектов туристского интереса выделяют следующие зоны:

– зона туристского посещения (наиболее устойчивые участки);

– охранная зона;

– уязвимые участки, нежелательные для посещения;

– уязвимые участки, запрещенные для посещения;

– зоны, запрещенные для использования различных видов транспорта (моторное судно, вездеход, снегоход, вертолет).

На основе проведенного зонирования выделяют участки, рекомендуемые для высадки пассажиров с круизных судов (моторных лодок), и проектируют экскурсионную трассу по обустроенной экологической тропе.

Кроме того, снизить или нейтрализовать негативные проявления рекреационной нагрузки можно за счет введения штрафных санкций, ужесточения контроля гидов за поведением туристов, эколого-просветительской и воспитательной работы с туристами.

Современный туризм развивается в сложном переплетении экономических, социальных и природоохранных интересов. Несмотря на перспективность методов управления по регулированию туристского потока (создание локальных планов управления, оценка предельно допустимых изменений), представляется целесообразным продолжать разработки и в области оценки рекреационной емкости. Представители природоохранных организаций обоснованно беспокоятся, что отсутствие численного выражения предельного количества туристов создаст неопределенность в регулировании туристского потока и возможность формирования условий, при которых туристский поток приведет к деградации экосистем.

С учетом широких перспектив развития арктического туризма в Российской Федерации оценка уязвимых экосистем арктической и тундровой зоны к рекреационным нагрузкам, создание правовых документов по экологическому туризму и проектированию экологических маршрутов являются приоритетными задачами.

Литература

1. Коростелев Е.М. Древние памятники – уникальные памятники освоения Севера / Е.М. Коростелев, Л.О. Зелюткина, Д.В. Севастьянов // Природа. 2014. N 4. С. 29 – 37.

2. Коростелев Е.М. Экологический туризм: уроки прошлого для будущего / Е.М. Коростелев, Д.В. Севастьянов // Экология и жизнь. 2012. N 3. С. 72 – 77.

3. Севастьянов Д.В. Рекреационное природопользование как фактор устойчивого развития районов российской Арктики / Д.В. Севастьянов, Е.М. Коростелев, Ю.Г. Гаврилов, А.В. Карпова // География и природные ресурсы. 2015. N 4. С. 90 – 97.

4. Чижова В.П. Рекреационные ландшафты: устойчивость, нормирование, управление / В.П. Чижова. Смоленск: Ойкумена, 2011. 176 с.

References

1. Synge H. European Models of Good Practice in Protected Areas / H. Synge. Switzerland, 2004. 32 p.

 


[1] Коростелев Е.М., Севастьянов Д.В. Экологический туризм: уроки прошлого для будущего // Экология и жизнь. 2012. N 3. С. 72 – 77.

[2] Коростелев Е.М., Зелюткина Л.О., Севастьянов Д.В. Древние памятники – уникальные памятники освоения Севера // Природа. 2014. N 4. С. 29 – 37.

[3] Федеральный закон "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации" от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ (с изменениями от 4 июня 2018 г.) // СПС "КонсультантПлюс".

[4] Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях" от 14 марта 1995 г. N 33-ФЗ (с изменениями от 3 августа 2018 г.) // СПС "КонсультантПлюс".

[5] Федеральная целевая программа "Развитие внутреннего и въездного туризма в Российской Федерации" (2011 – 2018 гг.) от 2 августа 2011 г. // СПС "КонсультантПлюс".

[6] ГОСТ Р 56642-2015 "Туристские услуги. Экологический туризм. Общие требования" от 14 октября 2015 г. // СПС "КонсультантПлюс".

[7] Федеральный закон "Об охране окружающей среды" от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ (с изменениями от 31 декабря 2017 г.) // СПС "КонсультантПлюс".

[8] Об утверждении нормативов предельно допустимых воздействий на уникальную экологическую систему озера Байкал и перечня вредных веществ, в том числе веществ, относящихся к категории особо опасных, высокоопасных, опасных и умеренно опасных для уникальной экологической системы озера Байкал: Приказ Минприроды РФ от 5 марта 2010 г. N 63 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2010. N 26. С. 64 – 72.

[9] Чижова В.П. Рекреационные ландшафты: устойчивость, нормирование, управление. Смоленск: Ойкумена, 2011. 176 с.

[10] ОСТ 56-100-95 "Методы и единицы измерения рекреационных нагрузок на лесные природные комплексы": утв. Приказом Рослесхоза от 20 июля 1995 г. N 114 // URL: https://dokipedia.ru/document/5327894.

[11] European Models of Good Practice in Protected Areas 2004, 32 p.

[12] Севастьянов Д.В., Коростелев Е.М., Гаврилов Ю.Г., Карпова А.В. Рекреационное природопользование как фактор устойчивого развития районов российской Арктики // География и природные ресурсы. 2015. N 4. С. 90 – 97.

[13] Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечение национальной безопасности на период до 2020 г. от 18 сентября 2008 г.

[14] Оценка перспектив развития туризма на территории острова Вайгач. WWF. М., 2018. 268 с.

Рекомендуется Вам: