ЮрФак: изучение права онлайн

Квалификация действий лиц, совершающих преступления с использованием криптовалюты на территории Российской Федерации

Автор: Перов В.А.

Как и любое другое изобретение человечества, криптовалюта, получившая сегодня довольно широкое распространение, в том числе и в России, может быть использована как в благих, так и в преступных целях.

К положительным аспектам использования криптовалюты можно отнести отсутствие финансовых посредников, взимающих определенный процент за проведение соответствующих электронных платежей безналичных денежных средств при проведении тех или иных финансовых операций. В основе ныне существующей схемы безналичных электронных перечислений (транзакций) денежных средств лежит определенное доверие к кредитной организации (банку) лица, открывшего в данном банке личный счет. То есть лицо, давая поручение кредитной организации, в которой у него имеется соответствующий счет, перечислить с него определенную сумму безналичных денежных средств, должно быть уверено, что данная финансовая операция будет осуществлена в соответствии с его поручением и в определенные сроки. При этом кроме корректности работы технической инфраструктуры банка на сроки осуществления такой операции будет влиять множество факторов, например, таких как профессионализм персонала, наличие денежных средств на корреспондентском счете, финансовая стабильность банка и стабильность экономических процессов в стране.

Кроме того до того, как платеж зачислен на счет контрагента, его можно отозвать, что также приводит к определенной потере времени при осуществлении торговых сделок, учитывая, что продавцу (поставщику) необходимо дождаться зачисления денежных средств на свой счет и получить соответствующее подтверждение. "Поскольку платеж можно аннулировать, продавец вынужден быть настороже, требуя от покупателя больше информации, чем в принципе необходимо. И определенный процент мошенничества принимается просто как неизбежность"[1].

Криптовалютные платежи, в каком бы виде с точки зрения национального права мы их не рассматривали, занимают гораздо меньше времени, не требуют посредников и не имеют административно-территориальных границ их использования, так как базируются на принципах:

– анонимности лиц, использующих криптовалюту, при полной открытости ее обращения и возможности проследить оборот (транзакции) каждой из созданных криптомонет любым лицом, имеющим такое желание и доступ к сети Интернет, вследствие чего: "Открытой будет информация о том, что кто-то отправил кому-то некоторую сумму, но без привязки к конкретным личностям"[2];

– возможности анонимного совершения любых сделок вне зависимости от того, разрешены они или нет действующим национальным законодательством определенной страны.

Кроме того, принцип децентрализации выпуска (добычи) любого вида существующих на сегодняшний день криптовалют предусматривает, что никакое отдельно взятое лицо, в том числе государство, не может регулировать ее добычу (майнинг) и обращение, кроме как экономическими методами, путем, например, создания условий, благоприятствующих майнингу или его затрудняющих (наличие в стране дешевой (дорогой) электроэнергии, компьютерного оборудования).

В настоящее время можно говорить о том, что сегодня в Российской Федерации сложилась уже целая криптовалютная экономическая отрасль, работающая с криптовалютой, функционирование которой основано на системе Proof-of-Work (гарантия протоколом передачи данных проверочной способности определенного узла (ноды) на предмет выполнения расчетов майнером, которым является сам узел, вносящий новые блоки в цепочку транзакций в сети), и состоящая не только из майнеров, т.е. людей, добывающих такую криптовалюту, но и лиц, осуществляющих реализацию товаров и услуг за ту или иную криптовалюту или осуществляющих ее обмен на фиатные деньги. К большому сожалению, данная отрасль пока отличается достаточно большой криминогенностью в силу целого ряда причин. И причины эти кроются не только в вышеуказанных основных принципах, на которых строятся майнинг и оборот криптовалюты, хотя, конечно, они и сами по себе являются достаточно привлекательными для использования криптовалюты в криминальной деятельности.

На сегодняшний день, как это ни парадоксально звучит, основная проблема в противодействии преступлениям, совершаемым с использованием криптовалюты, заключается как раз в господствующем в юридическом сообществе мнении относительно того, что криптовалюта с точки зрения национального права РФ вообще не является объектом гражданских прав.

Несмотря на то что ст. 128 Гражданского кодекса РФ предусматривает в качестве объекта гражданского права некое не конкретизированное, специально не обособленное "иное имущество", к которому, если следовать буквальному толкованию закона, и следует отнести различные виды криптовалют, складывающаяся правоприменительная практика, а на сегодняшний день уже можно говорить о наличии таковой, причем в различных отраслях права, почему-то данное требование закона игнорирует.

Такая правовая позиция приводит не только к нарушению конституционных принципов, гарантирующих государственную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, но и противоречит задачам Уголовного кодекса РФ, определенным ст. 2 данного Кодекса, в числе прочего предусматривающей охрану прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка, общественной безопасности, конституционного строя РФ от преступных посягательств, а также предупреждение преступлений.

Сторонники такой правовой позиции идут в общем-то простым путем, и их аргументы буквально сводятся к следующему: так как в настоящее время криптовалюта не определена в Гражданском кодексе РФ как самостоятельно обособленный объект гражданского права, то, соответственно, она таковым и не является. А уж коль она не является объектом гражданского права, то и предметом преступного посягательства она являться не может. Давайте дождемся, когда законодатель определится, что же из себя представляет криптовалюта, определит ее как обособленный объект гражданского права, и уже тогда будем определять ее место в системе национального права вообще и отрасли уголовного права в частности.

Следует отметить, что Министерством финансов РФ подготовлен законопроект Федерального закона "О цифровых финансовых активах"[3], с текстом которого можно ознакомиться на официальном сайте ведомства. В представленном проекте Закона дано определение криптовалюты как таковой, но как объект гражданского права она не конкретизируется. Соответственно, в случае принятия данного Закона в представленной редакции никаких кардинальных правовых изменений в указанной сфере не произойдет.

Исходя из вышеизложенного, напрашивается вопрос относительно лиц, совершающих преступления, предметом которых является криптовалюта. Они тоже будут ждать внесения изменений в действующее законодательство и прекратят заниматься преступной деятельностью или все же, пользуясь практически полной безнаказанностью, активизируют свою преступную деятельность? Или, может быть, кто-то полагает, что таких преступлений не совершается и отсутствует необходимость квалифицировать действия указанных лиц?

Обратимся сначала к научным исследованиям по указанной проблематике.

Так, Э.Л. Сидоренко полагает: "Можно условно обозначить два основных типа правонарушений, связанных с криптовалютами:

– преступления, где криптовалюты выступают как орудия преступления (они используются для оплаты незаконных товаров и услуг, выплаты выкупа или отмывания денежных средств);

– преступления, где они являются предметом преступления"[4].

Вышесказанное полностью подтверждается практическими примерами. В так называемой сети Даркнет (DarkNet) любой желающий может с легкостью найти интернет-магазины, торгующие наркотическими средствами путем так называемых закладок. Расчеты за наркотические средства осуществляются в криптовалюте (как правило, пока это биткоин). Подтверждение данному факту – приговоры судов различного уровня.

Осуществившие обобщение и анализ такого рода судебной практики по делам о преступлениях преступных сообществ в сфере незаконного оборота наркотиков, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет и криптовалюты, В.А. Ализаде и А.Г. Волеводз совершенно справедливо отмечают, что "во всех исследованиях обращается внимание на то, что правовая неурегулированность статуса криптовалют в отечественном законодательстве затрудняет оценку ее использования при совершении преступлений"[5].

Можно констатировать, что отсутствие единой, основанной на действующем законодательстве практики применения уголовного закона при квалификации действий лиц, совершающих преступления с использованием криптовалюты на территории РФ, как раз и является одним из элементов правовой неурегулированности в данном вопросе.

Обратимся теперь к информации государственных органов РФ.

Так, по информации с официального сайта Следственного комитета РФ, его следственными органами по Чувашской Республике завершено предварительное расследование и направлено в суд для рассмотрения по существу уголовное дело в отношении лица, обвиняемого "в покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием криптовалюты"[6]. В настоящие время приговор суда по данному делу не вынесен.

На официальном сайте МВД РФ можно найти целую подборку сообщений о совершении преступлений с использованием криптовалюты. Среди них: мошенничество; легализация (отмывание) денежных средств, приобретенных преступным путем; незаконный сбыт наркотических средств. В качестве наиболее типичного примера можно привести следующий.

Следственным управлением УМВД России по Калужской области завершено предварительное расследование и направлено в суд для рассмотрения по существу уголовное дело в отношении группы лиц, осуществлявших незаконный сбыт наркотических и психотропных веществ в крупном размере, используя при этом "в качестве оплаты за свои услуги криптовалюту"[7].

А теперь обратимся к средствам массовой информации.

По сообщению интернет-портала РБК от 7 декабря 2017 г.: "Глава отдела маркетинга NiceHash Андрей Шкраба заявил газете The Wall Street Journal, что из биткоин-кошелька компании украли около 4 700 биткоинов"[8].

По сообщению таиландского информационного издания Phuket Gazette от 18 января 2018 г. со ссылкой на национальную полицию, в Таиланде двое россиян стали жертвой группы преступников, которые, угрожая применением насилия, путем насильственного введения им наркотического средства с последующей передачей для привлечения к уголовной ответственности полиции Таиланда получили от потерпевших пароль от их криптокошелька, завладев принадлежавшей потерпевшим криптовалютой "Биткоин" на сумму, эквивалентную 100 000 евро, путем перечисления криптомонет на кошелек преступников. Полицией Таиланда "подготавливаются ордера на арест"[9] преступников.

Ни у кого, наверное, не возникает сомнения в том, что в данном случае в отношении россиян на территории Таиланда совершено преступление имущественного характера. Если верить информационному источнику, не возникло сомнения и у полиции Таиланда, подготавливающей "ордера на арест" лиц, данное преступление совершивших.

Теперь давайте попробуем квалифицировать действия указанных лиц исходя, конечно, из той информации, которая представлена в вышеуказанном информационном источнике, при этом руководствуясь Уголовным кодексом РФ, как если бы аналогичные действия были совершены на территории России.

Статья 161 Уголовного кодекса РФ предусматривает ответственность за грабеж, т.е. открытое хищение чужого имущества. В данном случае преступление совершено группой лиц, действовавших в соответствии с разработанным ими ранее планом, в соответствии с которым они завладели, угрожая потерпевшим применением насилия, не опасного для их жизни, принадлежавшим им имуществом. Завладение принадлежащим потерпевшим имуществом было совершено открыто в их присутствии, при этом лица, совершавшие указанное преступление, осознавали, что потерпевшие понимают противоправный характер совершаемых в их отношении действий.

Таким образом, можно говорить о том, что в данном случае имело место совершение преступления, предусмотренного п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 161 Уголовного кодекса РФ, т.е. открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Однако если мы принимаем господствующую сейчас точку зрения относительно того, что криптовалюта не может являться предметом преступного посягательства, так как, собственно говоря, имуществом как таковым не является, то в действиях вышеуказанных лиц отсутствует состав преступления и ни о каком их уголовном преследовании речи идти не может.

А как же при этом быть с так называемыми должностными преступлениями, ответственность за совершение которых предусмотрена ст. ст. 290 (получение взятки), 291 (дача взятки), 291.1 (посредничество во взяточничестве) Уголовного кодекса РФ, если предметом взятки является та или иная криптовалюта, которая впоследствии легко может быть обменена на фиатные деньги? Если принять точку зрения о том, что криптовалюта не является имуществом и не может быть предметом преступного посягательства, в том числе и предметом взятки, то противодействие совершению такого рода преступлений будет приближаться к нулю.

При этом диспозиция ст. 290 Уголовного кодекса РФ прямо предусматривает, что предметом взятки может быть неконкретизированное "иное имущество", соответственно, и криптовалюта.

Таким образом, если при квалификации действий лиц, совершающих на территории РФ преступления с использованием криптовалюты, руководствоваться точкой зрения о том, что криптовалюта не является предметом преступного посягательства, то при таких обстоятельствах рассматривать и пытаться урегулировать такие, например, действительно спорные вопросы, как признание имущественных преступлений, предметом которых является криптовалюта, оконченными, территориальная подследственность и подсудность соответствующих уголовных дел, вообще не имеют смысла.

Такое положение дел является законным и обоснованным? Соответствует задачам и принципам уголовного законодательства, основанным на Конституции РФ, общепризнанных принципах и нормах международного права?

Может быть, все-таки стоит отказаться от порочной практики фактического игнорирования действующих норм права и признать, что криптовалюта наравне с другим имуществом является объектом гражданского права и, соответственно, предметом преступного посягательства?

Литература

1. Ализаде В.А. Судебная практика по делам о преступлениях преступных сообществ (преступных организаций) в сфере незаконного оборота наркотиков, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет и криптовалюты / В.А. Ализаде, А.Г. Волеводз // Библиотека криминалиста. 2017. N 6 (35). С. 281 – 299.

2. Сидоренко Э.Л. Криминологические риски оборота криптовалюты и проблемы ее правовой идентификации // Библиотека криминалиста. 2016. N 3 (26). С. 148 – 154.

 


[1] Накамото С. Биткоин: система цифровой пиринговой наличности // URL: https://coinspot.io/technology/bitcoin/perevod-stati-satoshi-nakamoto/ (дата обращения: 24.01.2018).

[2] Там же.

[3] URL: https://www.minfin.ru/ru/document/?id_4=121810&order_4=P_DATE&dir_4=DESC&is_new_4=1&page_4=1&area_id=4&page_id=2104&popup=Y (дата обращения: 25.01.2018).

[4] Сидоренко Э.Л. Криминологические риски оборота криптовалюты и проблемы ее правовой идентификации // Библиотека криминалиста. 2016. N 3 (26). С. 149.

[5] Ализаде В.А., Волеводз А.Г. Судебная практика по делам о преступлениях преступных сообществ (преступных организаций) в сфере незаконного оборота наркотиков, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет и криптовалюты // Библиотека криминалиста. 2017. N 6 (35). С. 282.

[6] URL: http://sledcom.ru/news/item/1197736/ (дата обращения: 24.01.2018).

[7] URL: https://xn--b1aew.xn--p1ai/news/item/11675891 (дата обращения: 25.01.2018).

[8] URL: https://www.rbc.ru/rbcfreenews/5a29498d9a7947d0aeceb29f.

[9] URL: https://www.phuketgazette.net/news/russian-gang-drain-couples-bitcoin-account-phuket-condo (дата обращения: 25.01.2018).