ЮрФак: изучение права онлайн

Техника безопасности – а что это такое?

Автор: Слесарев С.

Оглавление

Отсутствует контроль – виноват работодатель

Некоторые выводы…


Сельское хозяйство обычно ассоциируется с золотыми полями и сытыми коровами на зеленых лугах. При этом редко кто задумывается о том, насколько агросектор может быть опасен для работы: тяжелый физический труд, "опасная" техника и т.п. нередко приводят к профессиональным заболеваниям и несчастным случаям на производстве. И зачастую причиной является халатность работодателя.

Анализ судебных споров показывает, что наиболее часто причиной обращения в суд на предприятиях агросектора становится получение травмы, по примерным оценкам автора, до 60% споров связано именно с этим. При этом в большинстве случаев исковые требования суды удовлетворяют, поскольку находят нарушения со стороны работодателей.

Обычно в вину работодателям ставят отсутствие надлежащей организации охраны труда, в частности:

Техника безопасности

1) из-за нарушения техники безопасности и отсутствия контроля за работниками в этой сфере;

2) бесконтрольного использования техники работниками;

3) необеспечения работников спецодеждой;

4) вредных условий труда.

Причем наибольшая доля споров связана именно с нарушением техники безопасности и порядка проведения работ. Для примера обратимся к нескольким типичным спорам.

Так, К. обратился с иском к совхозу; пояснил, что работает слесарем-ремонтником и в результате несчастного случая на производстве ему причинен тяжкий вред здоровью, который повлек моральные страдания, просил взыскать компенсацию морального вреда в 1,5 млн руб.

При рассмотрении дела было установлено, что К. в составе ремонтной бригады поручили провести замену участка металлического трубопровода, во время проведения работ при очистке трубы от земли произошло обрушение стен траншеи и К. завалило. После откапывания он был доставлен в больницу, где диагностировали травмы. Работодателем данное происшествие квалифицировано как несчастный случай на производстве. Согласно акту о несчастном случае причиной послужило неудовлетворительная организация производства работ, сопутствующая – нахождение пострадавшего на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.

Неудовлетворительная организация производства работ выразилась в отсутствии:

– в организационно-технологической документации на производство работ порядка производства работ, необходимых мероприятий по безопасности при ведении земляных работ;

– контроля должностным лицом, выдавшим наряд-допуск, за выполнением предусмотренных в нем мероприятий по обеспечению безопасности производства работ.

А также в необеспечении надлежащей организации безопасных условий работы в части недостаточного контроля за производственной дисциплиной и соблюдением работниками требований безопасности при производстве работ.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны главный инженер и начальник производственно-бытового участка, которые не обеспечили закрепление стен траншеи щитами, не проверили состояние откосов и при этом направили К. для выполнения работ в траншеи. Приговором мирового судьи начальник участка признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ.

В таких обстоятельствах суд пришел к выводу о нарушении работодателем трудовых прав работника: именно на ответчика возложена обязанность обеспечить безопасные условия и охрану труда. Доказательств того, что истец действовал самовольно, без разрешения работодателя, не представлено. Довод об этом опровергается и приговором мирового судьи. Также отклонил суд и ссылки ответчика на опьянение К., т.к. состояние алкогольного опьянения не находилось в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью. Доказательств обратного в материалах дела не представлено.

Также рекомендуется Вам:

При определении размера компенсации суд учел, что:

– истцу причинен тяжкий вред здоровью и в результате он не может вести прежний образ жизни;

– лечение было длительным: истец находился на стационарном и амбулаторном лечении несколько раз;

– здоровье К. не восстановилось в полном объеме;

– при этом согласно выписке из истории болезни К. медицинские рекомендации в полном объеме не выполнял, вставал, присаживался, из-за чего с ним была проведена беседа о возможных негативных последствиях несоблюдения постельного режима;

– ответчик оказывал помощь в период лечения – предоставлял транспорт.

С учетом всего этого размер компенсации по сравнению с заявленным истцом снижен в пять раз – до 300 тыс. руб. (Апелляционное определение Свердловского областного суда от 08.02.2018 по делу N 33-1349/2018).

В другом деле с аналогичными требованиями к работодателю обратился механизатор Г. При рассмотрении дела было установлено, что Г. по поручению работодателя осуществлял буксировку грузового автомобиля, груженного щебнем, из карьера на дорогу; во время очередной буксировки на гибкой сцепке длиной 6 метров от автомобиля оторвалось левое буксировочное устройство вместе с тросом, которое разбило стекло кабины трактора, и травмировало голову Г., и вылетело через переднее стекло на капот трактора. В результате ему понадобилась срочная операция в областной клинической больнице.

Причиной несчастного случая признана неудовлетворительная организация труда, выразившаяся в следующем: в организации отсутствовала инструкция по охране труда при буксировке транспортных средств, с механизатором не проводился в установленные сроки повторный инструктаж по охране труда; следовательно, со стороны работодателя нарушены права работника не безопасные условия труда.

При определении размера компенсации суд учел, что Г. стал в результате травмы инвалидом, выполнять работу по прежней должности не может, но ответчик оказывал добровольно помощь по просьбе Г., в т.ч. выплатил материальную помощь (Апелляционное определение Орловского областного суда от 21.08.2014 по делу N 33-1834/2014).

В еще одном споре работник З. получил множественные переломы при падении с лестницы, когда демонтировал холодильное оборудование. При этом причиной несчастного случая признали нарушение техники безопасности и порядка производства работ на высоте. Работодатель пытался отговориться, что работник действовал самостоятельно, без указаний работодателя, и сам нашел лестницу, которая не является имуществом работодателя, но суд отклонил это, т.к. ответчик не привел доказательств того, что отсутствовала необходимость в проведении работ на высоте. З. вынужденно забрался на лестницу, чтобы отключить кабели электропитания от холодильной установки.

По смыслу ст. 212 ТК РФ на работодателя возлагается обязанность обеспечить безопасность используемых инструментов в работе, в связи с чем именно ответчику надлежало предоставить отвечающее требованиям безопасности средство (лестницу), обеспечивающее подъем работника на высоту. Неисполнение такой обязанности априори возлагает на работодателя ответственность за необеспечение безопасных условий труда и не может явиться основанием для освобождения от возмещения вреда.

Довод о том, что обязанности по обеспечению охраны труда работодатель выполнил, т.к. с работником проводился инструктаж по технике безопасности, апелляционная коллегия отклонила, поскольку проведение за весь период работы лишь одного инструктажа с работником является явно недостаточным с учетом того, что работы на высоте относятся к работам с повышенной опасностью.

Таким образом, суд пришел к выводу об удовлетворении иска работника, а при определении размера компенсации морального вреда учел:

– длительное пребывание в стационаре и лечение в различных медорганизациях, оперативное вмешательство для устранения последствий падения;

– страдания в связи с утратой профессиональной трудоспособности на 40%, что лишило истца возможности вести активный образ жизни, заключить новый трудовой договор на полную ставку по специальности;

– падение дохода семьи из-за этого (Апелляционное определение Омского областного суда от 16.06.2014 по делу N 33-5738/2014).

Как видим, причиной несчастного случая во всех трех примерах стало нарушение техники безопасности, отсутствие со стороны работодателя контроля за работниками и необеспечение их нужным оборудованием, халатное отношение к проведению инструктажа, отсутствие обучения по охране труда.

Все этом может привести (помимо собственно трагедии с ее последствиями) не только к судебным тяжбам с пострадавшим, но и дополнительно к привлечению к административной ответственности.

Так, ГИТ привлекла к ответственности начальника цеха животноводства по ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ за несоблюдение требований по охране труда: в организации произошел несчастный случай в коровнике и скотник Ф. упал в завальную яму, получил тяжелую травму и был госпитализирован. Признавая законным привлечение к ответственности, суд указал, что одной из причин тяжелого несчастного случая, происшедшего со скотником является допуск к выполнению работ работника, не прошедшего в установленном порядке обучение по охране труда и проверку знаний требований охраны труда в нарушение требований статьи 212 ТК РФ и пунктов 8, 18 Правил по охране труда в сельском хозяйстве. Ответственным за обучение по охране труда и проверку знаний требований охраны труда является начальник цеха животноводства (Постановление Орловского областного суда от 18.05.2018 по делу N 4-А-90/2018).

Конечно, можно сказать, какое отношение привлечение одного из работников к ответственности может иметь к организации в целом. Между тем материалы такого рода по делам об административных правонарушениях или уголовного судопроизводства могут приниматься во внимание в делах по искам работников как доказывающие вину работодателя.

В заключение вопроса с травмами и техникой безопасности отметим, что производственным несчастный случай может быть признан даже при нахождении работника в отпуске.

Например, региональное отделение Фонда социального страхования пыталось оспорить признание несчастного случая как производственного, страхового, т.к. работник во время получения травмы был в основном оплачиваемом отпуске, следовательно, в момент несчастного случая находился не при исполнении трудовых обязанностей, не выполнял работы по поручению работодателя, не действовал в интересах работодателя.

Суд отклонил доводы ФСС: как следует из акта о несчастном случае, тракторист Ф. пришел на территорию машинно-тракторного парка агропредприятия; по словам очевидцев, он находился в состоянии похмелья, вел себя неадекватно, грубил, хамил; директор и главный инженер потребовали, чтобы Ф. покинул территорию, однако он не выполнил требование, залез на площадку комбайна, упал, получив травмы, в дальнейшем скончался в больнице. Как установлено в ходе расследования несчастного случая, Ф., хотя и находился в отпуске, пришел помочь в ремонте технике по указанию начальства, такая практика сложилась в организации давно, Ф. был фактически допущен на территорию работодателя и к работе. При этом суд указал, что нахождение Ф. в состоянии алкогольного опьянения не доказано, а акт об отстранении от работы ничтожен, т.к. составлен и подписан после несчастного случая, что подтверждается свидетельскими показаниями. Таким образом, нет доказательств, что несчастный случай не является производственным и не произошел вследствие нарушения техники безопасности при исполнении должностных обязанностей (Апелляционное определение Верховного суда Республики Башкортостан от 22.06.2016 по делу N 33-12052/2016).

Отсутствует контроль – виноват работодатель

Среди основных причин травматизма на агропредприятиях является отсутствие надлежащего контроля за работниками и имуществом. Нередко последнее приводит к серьезным последствиям.

Например, В. обратился в суд с иском к ООО о возмещении морального вреда, причиненного получением травмы в результате несчастного случая на территории молочного комплекса ООО: в результате опрокидывания принадлежащего работодателю трактора под управлением П. истцу причинен тяжкий вред здоровью.

Суд первой инстанции отказал в требованиях, т.к. исходил из того, что в день, когда все произошло, работник ООО А. самовольно взял ключи от трактора из незапертого сторожевого помещения (в отсутствие сторожа) и завел трактор. Вместе с П. (управлявшим трактором) они стали вывозить тракторную телегу с навозом, что не входило в их трудовые обязанности. По пути они встретили истца В. и предложили ему поехать с ними для оказания помощи, на что тот согласился. В результате опрокидывания трактора В. причинен тяжкий вред здоровью. Из-за этого суд сделал вывод о выбытии трактора из владения ООО в результате неправомерного завладения им П. и, соответственно, об отсутствии предусмотренных статьей 1079 ГК РФ оснований для возложения на ООО ответственности за причиненный вред в рамках гражданско-правовых отношений. Истец, по мнению суда, не лишен возможности обратиться с иском к лицу, завладевшему трактором. Апелляционная коллегия согласилась с этим, дополнительно указав, что не доказана причинно-следственная связь между бездействием ответчика ООО по ненадлежащему хранению ключей от трактора и причинением вреда истцу.

Президиум суда отклонил выводы нижестоящих инстанций как необоснованные, указал, что акт о несчастном случае на производстве является доказательством, подтверждающим причины несчастного случая и устанавливающим лиц, допустивших нарушения требований охраны труда. Суды же не дали оценку акту, хотя в нем содержится указание, что одна из причин несчастного случая – отсутствие должного контроля службы охраны за сохранностью сельскохозяйственной техники на стоянке; недостаточный контроль должностных лиц за соблюдением работниками трудовых обязанностей, правил и инструкций по охране труда. В числе мероприятий по устранению причин несчастного случая указано: обеспечить хранение сельскохозяйственной техники, исключив доступ к ней посторонних лиц. Данных о том, что работодателем в установленном законом порядке оспорен акт о несчастном случае на производстве, в деле не имеется. Дело было направлено на новое апелляционное рассмотрение (Постановление Президиума Белгородского областного суда от 24.05.2018 N 44Г-20/2018).

Недосмотр за имуществом и работниками соседствует нередко и с отсутствием адекватных условий труда.

Так, К. работал в должности скотника в ООО, во время работы поскользнулся и получил травму, перенес несколько операций, в результате травмы утратил частично профессиональную трудоспособность. В связи с чем просил взыскать компенсацию морального вреда и ежемесячную компенсацию ущерба.

Суд удовлетворил требования в части компенсации морального вреда, поскольку установил, что повреждение здоровья получено истцом на территории животноводческой базы во время рабочей смены при нахождении К. на его рабочем месте и при исполнении им трудовых обязанностей; несчастный случаем признан производственным.

Общими условиями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются:

– наличие морального вреда;

– неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника;

– причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника;

– вина работодателя.

На работодателя возложена обязанность обеспечить безопасные условия труда; санитарными и ветеринарными правилами, правилами по охране труда в животноводстве установлено, что в помещениях животноводческих ферм требуется обеспечение чистоты; в частности, полы животноводческих предприятий должны быть нескользкими, малотеплопроводными, стойкими к воздействию сточной жидкости и дезинфицирующих веществ; работников требуется обеспечить спецодеждой, спецобувью и предохранительными приспособлениями. Аналогичные правила закреплены и в инструкции по охране труда, утвержденной ответчиком.

Между тем, как было установлено, полы в комплексе оказались скользкими, а истца не обеспечили спецодеждой и спецобувью с противоскользящей подошвой. В данной связи доводы ответчика с указанием на неосторожность истца и его недостаточную заботу о собственном здоровье подтверждения не нашли (Апелляционное определение Омского областного суда от 10.03.2016 по делу N 33-2027/2016).

Еще меньше шансов уклониться от ответственности по искам о компенсации морального вреда вследствие профессиональных заболеваний.

Так, Г. обратилась с иском к СПК о компенсации морального вреда, пояснила, что проработала много лет в должности доярки и осеменатора и приобрела профессиональное заболевание, т.к. работа протекала во вредных условиях труда, не соответствовала гигиеническим нормативам по фактору "тяжесть трудового процесса".

Суд удовлетворил требования, т.к. по заключению профпатолога заболевание истца связано с вредными условиями труда. Из акта о случае профессионального заболевания следует, что причиной профессионального заболевания Г. послужили: тяжесть трудового процесса, разовый подъем и перемещение тяжестей при чередовании с другой работой более 40 кг, в течение смены 250 – 300 кг. В связи с этим пришел к выводу об удовлетворении исковых требований.

Апелляционная коллегия согласилась с этим, лишь скорректировав выводы суда по размеру компенсации морального вреда. По мнению коллегии, суд первой инстанции не учел, что:

– возможность взыскания компенсации морального вреда установлена законом с 1992 года, потому учитывать более ранние периоды времени нельзя;

– не учтено тяжелое финансовое положение ответчика. Согласно представленным справке СПК и документам бухгалтерского учета основные средства предприятия нуждаются в ремонте и их процент износа превышает 70%, требуется обновление техники, из-за нехватки средств приостановлено строительство коровников. Основным источником доходов СПК является реализация молока, цена на которое упало. У предприятия нет возможности получить кредит, а все средства уходят на посевную кампанию.

В таких условиях коллегия посчитала размер компенсации в 200 тыс. руб. завышенным и снизила его в 4 раза до 50 тыс. руб. (Апелляционное определение Самарского областного суда от 15.05.2018 N 33-5746/2018).

Некоторые выводы…

Итак, как видно из приведенных примеров, требования работников о компенсации морального вреда из-за производственных травм или профессионального заболевания удовлетворяются в случае, если со стороны работодателя:

– не поставлен контроль за действиями сотрудников и использованием имущества работодателя;

– не организована система охраны труда, в т.ч. не проводится должным образом обучение работников требованиям охраны труда, техники безопасности, не соблюдается порядок проведения работ повышенной опасности;

– не обеспечиваются безопасные условия труда.

При этом при определении размера компенсации морального вреда суды учитывают не только обстоятельства случившегося, но и поведения сторон – работника и работодателя до, во время и после несчастного случая. Так, снижению размера компенсации могут способствовать:

– помощь работодателя работнику после несчастного случая, в т.ч. предоставление транспорта, добровольные выплаты, оперативно оказанная медпомощь и т.п.;

– отсутствие попыток скрыть несчастный случай и надлежаще организованное расследование причин несчастного случая;

– обеспечение сотрудника всем необходимым оборудованием, спецодеждой и иные меры для снижения риска несчастного случая.

Также может учитываться и финансовое положение работодателя, чтобы выплата компенсации не привела к несостоятельности (банкротству) организации. Впрочем, размер компенсации в среднем колеблется от 100 до 500 тыс. руб. Обычно суды снижают присужденный размер компенсации по сравнению с запрошенным в 4 – 5 раз.

Рекомендуется Вам: