ЮрФак: изучение права онлайн

Гражданско-правовая сущность смарт-контракта

Автор: Волос А.А.

Вопросы, связанные с использованием смарт-контрактов, лишь недавно стали находиться в центре внимания различных исследований. Можно выделить несколько научных статей, посвященных заявленной проблематике. При этом на настоящий момент в российской науке отсутствует целостный подход к пониманию смарт-контрактов. В научной литературе предлагались различные подходы к определению смарт-контрактов, выяснению юридической природы данного нового явления.

Особо обратим внимание, что в рамках настоящего исследования выявлению подлежат именно юридические признаки смарт-контракта, которые будут в определенной мере иметь технические и экономические, а также иные основания. Однако предстоит выявить именно такие черты смарт-контрактов, которые влекли бы правовые последствия, например, в плане определения юридической природы правоотношения, прав и обязанностей его сторон.

На данный момент смарт-контракт в самом общем виде можно определить как запрограммированный договор, условия которого прописаны в программном коде и который автоматически исполняется с помощью блокчейна. Смарт-контракты базируются на компьютерном протоколе, который по установленным правилам посылает или получает определенную информацию или изменяет данные. Основанием является заложенный в протоколе программный код. При этом применяются простые правила "если, то": "если" определенное условие будет исполнено, "то" будет совершено определенное действие[1]. Смарт-контракт — это договор, который, будучи защищенным кодом, выполняет обязательства, которые стороны взяли на себя в соглашении. Они автономны, самодостаточны и действуют исключительно в соответствии с установленными при заключении договора правилами[2].

В российской и зарубежной научной литературе встречаются различные точки зрения на юридическую сущность смарт-контракта. Более того, популярно мнение о возможности рассмотрения смарт-контракта с нескольких сторон, в частности, Л.Г. Ефимова и О.Б. Сиземова различают смарт-контракт как компьютерный код и как гражданско-правовой договор (правоотношение)[3]. Обычно смарт-контракт в качестве юридического отношения и программного кода изучают и за рубежом[4].

Не возражая против такого авторского подхода, отметим, что юридическая сущность смарт-контракта не исключается двумя возможными вариантами. Смарт-контракты находятся в стадии становления. В еще большем становлении находится правовая база их функционирования. Поэтому пока неясно, как эти новые отношения между субъектами (отношения, связанные со смарт-контрактами) будут рассматриваться в соответствии с действующим законодательством и каким будет правовое положение смарт-контрактов.

Рассмотрим каждый возможный подход к пониманию сущности смарт-контракта.

Смарт-контракт — автомат, обеспечивающий выполнение условий заключенного договора.

Имеется точка зрения, согласно которой смарт-контракт — это лишь программный код, который известен и понятен только специалистам, он не служит выражением волеизъявления[5]. В итоге делается вывод, что "смарт-контракт нельзя отождествлять с письменным документом, который отражает содержание волеизъявления сторон. Смарт-контракт лишь выполняет условия заключенного между сторонами договора"[6]. В другом источнике, посвященном анализу смарт-контрактов в соответствии с французским договорным правом, отмечается, что на самом деле смарт-контракты не являются договорами в юридическом смысле этого слова, так как не могут быть приравнены к обычным электронным договорам, ведь имеют гораздо более сложную схему действия и характернее того, что они есть[7].

В целях понимания юридической сущности смарт-контракт нельзя сводить лишь к техническому средству, выступающему инструментом выполнения условий договора. Дело в том, что в связи с использованием смарт-контрактов реально возникают правовые отношения, обладающие определенными особенностями, которые нельзя не учитывать при определении их сущности.

Смарт-контракт — компьютерная программа.

Такое понимание смарт-контракта несколько похоже на предыдущее, однако в последнем случае уточняется, что смарт-контракт не просто автомат, а специальная компьютерная программа. В принципе именно таким образом смарт-контракт понимается специалистами в сфере технического использования смарт-контрактов. "Смарт-контракт можно рассматривать как автономную компьютерную программу, размещенную на определенном адресе в блокчейне, которая может быть перезапущена бесконечное количество раз и может быть запрограммирована под самые разнообразные нужды бизнес-сообщества"[8].

Странно было бы оспаривать предложенный подход, так как действительно смарт-контракт — это специальная компьютерная программа, выполняющая определенные функции. При этом такое понимание смарт-контракта не отвечает на вопрос о его правовой сущности, юридически значимых признаках. Можно предположить, что согласно предложенной точке зрения право должно индифферентно относиться к смарт-контрактам, отдавая их на откуп специалистам в области компьютерных технологий. Однако указанное предположение явно ошибочное, потому что в связи с использованием смарт-контрактов у субъектов реально возникают, изменяются и прекращаются гражданские права и обязанности, что не может рассматриваться отдельно от правового регулирования.

Смарт-контракт — особая форма договора.

Другая точка зрения обращает внимание на то, что смарт-контракт имеет особое юридическое значение именно на стадии заключения соглашения сторон, когда субъекты договорились о его применении. Смарт-контракт — это действительно своеобразный вид электронной формы договора, составленный с использованием программного кода. В таком понимании его следует рассматривать как специфический вариант письменной формы сделки, которая может быть прочитана и понята специалистами.

Смарт-контракт действительно предопределяет особенности формы заключения договора. При этом неправильно было бы сводить всю специфику смарт-контракта только к данному факту и тем более рассматривать его в качестве исключительной характеристики правовой сущности смарт-контракта.

Смарт-контракт — способ исполнения обязательства.

Предложенный подход нередко встречается в комментариях юристов к тому, что есть смарт-контракт. Например, в одном из таких комментариев можно встретить однозначное утверждение о том, что "сейчас смарт-контракты — это способ исполнения обязательств"[9]. В соответствии с указанным толкованием смарт-контракт не просто автомат, обеспечивающий выполнение условий заключенного договора или какая-либо традиционная компьютерная программа. В юридическое понятие смарт-контракта уже включается поведение людей, которые как минимум должны прямо или конклюдентными действиями выразить свое согласие на использование специального способа исполнения обязательства.

Толкование смарт-контракта в качестве особого способа исполнения обязательства представляется перспективным с практической точки зрения, так как наиболее существенные отличия от традиционных договорных отношений при использовании смарт-контрактов происходят именно на этапе исполнения обязательств. При этом отношения субъектов гражданского права, связанные со смарт-контрактами, обладают определенной спецификой на всех стадиях развития договорного отношения: преддоговорные контакты, заключение соглашения, исполнение обязанностей, прекращение отношений, защита прав и законных интересов[10]. В связи с этим с теоретической точки зрения понимание смарт-контракта исключительно в качестве способа исполнения обязательства невозможно.

Смарт-контракт — гражданско-правовой договор, который обладает специфическими чертами.

Также рекомендуется Вам:

Подобный подход к рассмотрению смарт-контракта наиболее часто встречается в юридической литературе и, как представляется, в большей степени соответствует действующему законодательству. Действительно, отношения субъектов, возникающие в связи со смарт-контрактом, отвечают основным требованиям, которые закон предъявляет к договорным отношениям. Многие авторы рассматривают смарт-контракт в качестве особого договора, однако вместе с этим предлагаемые учеными дефиниции и установленные отличительные признаки не единообразны.

Самым лаконичным, правда, не отражающим все признаки, определением представляется следующее: смарт-контракт — это договор между двумя или более сторонами, который хранится и исполняется в цифровом виде на блокчейне с использованием кода[11].

Далеко не все авторы согласны с тем, что смарт-контракт допустимо рассматривать в качестве договора в электронной форме и в принципе отождествлять его с гражданско-правовым договором. Так, Е.А. Громова указывает, что "смарт-контракт представляет собой нечто более масштабное и сложное, нежели просто классический договор в электронной форме… в алгоритме смарт-контракта заложена возможность самостоятельного принятия решения об исполнении обязательств по договору при наступлении определенных условий, например автоматически списывать средства со счета контрагента или расторгать договор аренды в случае просрочки внесения арендной платы. В рамках договоров, заключенных в электронной форме, стороны должны собственными силами и своими действиями обеспечивать исполнение возложенных на них обязательств"[12].

Трудно спорить с тем, что смарт-контракт не является классическим и традиционным договором в электронной форме. Смарт-контракт — более сложная конструкция как с технологической, так и с юридической точки зрения. Он требует особых действий от сторон такого договора (в частности, выражение согласия на использование в их отношениях специальных компьютерных программ). Однако сказанное отнюдь не отменяет того, что смарт-контракт может рассматриваться как договор в электронной форме, который отличается от электронных договоров, существовавших до него.

Смарт-контракт — способ обеспечения исполнения обязательства.

С теоретической и практической точек зрения напрашивается вопрос о возможности рассмотрения смарт-контракта в качестве не поименованного в законе способа обеспечения исполнения обязательства. Подобная возможность теоретически допускалась учеными, которые, правда, рассматривали ее в качестве дискуссионного подхода[13]. Хотя формально нам он представляется очень привлекательным.

При рассмотрении смарт-контракта в качестве способа обеспечения исполнения обязательства необходимо "расщепление" его правовой конструкции на две части. Первая представляет собой основной договор. Вторая — согласие сторон на применение специального способа обеспечения исполнения обязательства в виде смарт-контракта. Вместе с тем на самом деле смарт-контракт действует несколько по-другому: сторона соглашается в целом на его условия, тем самым юридически происходит одна сделка, а не две. Таким образом, смарт-контракт, хоть и гарантирует исполнение обязательства, не является отдельным способом его обеспечения.

На основании изложенного следует вывод о том, что с теоретических и практических позиций возможны различные подходы к пониманию сущности смарт-контракта:

— автомат, обеспечивающий выполнение условий заключенного договора;

— компьютерная программа;

— особая форма договора;

— способ исполнения обязательства;

— гражданско-правовой договор, который обладает специфическими чертами;

— не поименованный в законе способ обеспечения исполнения обязательства.

Наиболее комплексным, включающим в себя все особенности смарт-контракта представляется подход, в соответствии с которым смарт-контракт, не выступая самостоятельным или отдельным видом договора, тем не менее предопределяет гражданско-правовое договорное правоотношение, которое обладает специфическими чертами. При этом в зависимости от конкретной ситуации смарт-контракт может выступать и в качестве иных указанных выше категорий. Так, смарт-контрактом рассматривается компьютерная программа по хранению целых чисел Simple Storage, которая, однако, не порождает договорных обязательств.

Литература

1. Вавилин Е.В. Механизм осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук / Е.В. Вавилин. М., 2009. 56 с.

2. Громова Е.А. Смарт-контракты в России: попытка определения правовой сущности / Е.А. Громова // Право и цифровая экономика. 2018. N 2. С. 34 — 37.

3. Ефимова Л.Г. Правовая природа смарт-контракта / Л.Г. Ефимова, О.Б. Сиземова // Банковское право. 2019. N 1. С. 23 — 30.

4. Федоров Д.В. Токены, криптовалюта и смарт-контракты в отечественных законопроектах с позиции иностранного опыта / Д.В. Федоров // Вестник гражданского права. 2018. N 2. С. 30 — 74.

5. Bayle A. Analyse prosrective des smart contracts en Droit Francais / A. Bayle. Annee universitaire, 2016 — 2017. 200 p.

6. Boonyaorn Na Pombejra. The rise of blockchain: an analysis of the enforceability of blockchain smart contracts / Boonyaorn Na Pombejra // The Thammasat Business Law Journal. 2017. Vol. 7. P. 32 — 48.

7. Gotcu M.-L. Legal breakthrough for blockchain technology Master Thesis on International Business Law Program / M.-L. Gotcu. Tilburg Law School, 2016. 51 p.

 


[1] См.: Федоров Д.В. Токены, криптовалюта и смарт-контракты в отечественных законопроектах с позиции иностранного опыта // Вестник гражданского права. 2018. N 2. С. 33.

[2] Gotcu M.-L. Legal breakthrough for blockchain technology Master Thesis on International Business Law Program. Tilburg Law School, 2016. P. 11.

[3] См.: Ефимова Л.Г., Сиземова О.Б. Правовая природа смарт-контракта // Банковское право. 2019. N 1. С. 23 — 30.

[4] См., например: Whitepaper: Smart Contracts and Distributed Ledger — A Legal Perspective. ISDA. Linklaters, 2017. P. 4 — 5.

[5] Федоров Д.В. Токены, криптовалюта и смарт-контракты в отечественных законопроектах с позиции иностранного опыта // Вестник гражданского права. 2018. N 2. С. 63.

[6] Там же.

[7] Bayle A. Analyse prosrective des smart contracts en Droit Francais. Universite de Montpellier. Annee universitaire 2016 — 2017. P. 37.

[8] Юрасов М.Ю. Смарт-контракт и перспективы его правового регулирования в эпоху технологии блокчейн. URL: https://zakon.ru/blog/2017/10/9/smart-kontrakt_i_perspektivy_ego_pravovogo_regulirovaniya_v_epohu_tehnologii_blokchejn (дата обращения: 12.03.2019).

[9] Вашкевич А.М. Пять выводов о смарт-контрактах. URL: https://zakon.ru/blog/2017/12/27/pyat_vyvodov_o_smart-kontraktah (дата обращения: 12.03.2019).

[10] Следует указать на наличие особенностей механизма осуществления прав и исполнения обязанностей участников отношений, связанных со смарт-контрактами, на всех стадиях данного механизма. О данных стадиях с теоретической точки зрения см.: Вавилин Е.В. Механизм осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. М., 2009. С. 9 — 10.

[11] Boonyaorn Na Pombejra. The rise of blockchain: an analysis of the enforceability of blockchain smart contracts. Thammasat University, 2016. P. 13.

[12] Громова Е.А. Смарт-контракты в России: попытка определения правовой сущности // Право и цифровая экономика. 2018. N 2. С. 37.

[13] См.: Юрасов М.Ю. Смарт-контракт и перспективы его правового регулирования в эпоху технологии блокчейн. URL: https://zakon.ru/blog/2017/10/9/smart-kontrakt_i_perspektivy_ego_pravovogo_regulirovaniya_v_epohu_tehnologii_blokchejn (дата обращения: 12.03.2019).

Рекомендуется Вам: